annablaze (annablaze) wrote,
annablaze
annablaze

  • Mood:

Дагда

Из книги Питера Смита "У.Б. Йейтс и Племена Дану".

Если Дану, Мать Богов, неопределенна до призрачности, то Дагда, отец многих из них, наоборот, отчетливо вещественен. Его изображают эдаким грубым насмешником, невероятно сильным как физически, так и магически, и облаченным лишь в короткую рубаху, как в Ирландии обычно одевались простолюдины. Но несмотря на то, что образ его очерчен так зримо, с точки зрения функций Дагда столь же неопределенен, сколь и Дану. Он непосредственно связан с землей и, в то же время, с огнем; есть все основания ассоциировать его, как и богиню Дану, с изобилием; а по ближайшем рассмотрении он, вдобавок, оказывается еще и одинической фигурой — владыкой знания и мудрости.

Указания на все эти функции содержатся в различных именах, под которыми известен Дагда. Одно из этих имен, к примеру, — Эйх (Aedh) [1]. С одной стороны, это просто ирландский эквивалент имени «Хью» (Hugh), но с другой — это имя нарицательное, означающее «огонь». В «Cóir Anmann» [2] предлагается этимология самого имени «Дагда» (Dagda), на первый взгляд, подтверждающая эту ассоциацию: «Дагда, то есть dag dé, “огонь бога”». Однако «огонь бога» — это не то же самое, что «бог огня».



Более того, «Cóir Anmann» тотчас же противоречит сам себе: «Он был прекрасным богом язычников, и ему поклонялись Туата Де Данаан: он был для них богом земли [día talmhan], ибо владел великой (магической) силой» [3]. Поскольку это описание имеет непосредственное отношение к нашей задаче, остается лишь сожалеть, что оно настолько неудовлетворительно. Огонь и земля не имеют между собой ничего общего, и трудно представить себе, чтобы один и тот же бог правил обеими этими стихиями. Внешний облик Дагды (этот бог изображался тучным и грузным) говорит, скорее, о связи с землей, нежели с огнем; и в любом случае «прекрасным», как выражается «Cóir Anmann», он не был. Почему же тогда Туата Де Данаан поклонялись одному из «своих»? И где в «Мифологическом цикле» или в иных источниках находятся свидетельства этого предполагаемого поклонения? И, наконец, почему великая магическая сила Дагды приводится как основание для его связи с землей? Учитывая, что данные «Cóir Anmann» по большей части вполне надежны, мы с некоторым облегчением узнаём, что приведенный отрывок, скорее всего, является позднейшей вставкой, добавленной в XVI веке 4], чему имеются не только источниковедческие, но лингвистические подтверждения.

Однако у Дагды есть еще одно имя или эпитет — «Руад Рофесса» (Ruad-Rofhessa), и оно заключает в себе гораздо более ясный и важный смысл, чем, собственно, «Дагда» или «Эйх». Этому имени также дается краткое пояснение в аутентичном старинном источнике — «Беседе двух врачевателей» из «Лейнстерской книги»: «…говорят, что обладатель этого имени [Дагда] был владыкой Великого Знания [in-Ruad-rofhessa] … сыном всех дарований и всех искусств [mac nan-ule n-dana], или сыном, владеющим всеми дарованиями и всеми искусствами [in dân uile[5]. Это уже говорит о том, что интересующее нас божество связано не просто со стихиями огня и земли, а с идеями более сложного порядка. Но подлинную значимость титула «Руад-Рофесса» впервые раскрыла блестящая современная исследовательница Мария-Луиза Сьёстедт [6]. Напомним, что во «Второй битве при Маг-Туред» Дагда дважды похваляется, что он один способен на все те подвиги, которые остальные пообещали совершить по отдельности. Напрашивается сравнение с тем эпизодом, в котором Луг добивается разрешения войти в Тару, объявляя себя мастером на все руки. Так он получает титул «Самилданах» (Samlildánach) — «искусный во всех ремеслах». Но, по мнению Сьёстедт, за этим поверхностным сходством между Дагдой и Лугом в действительности скрываются глубокие различия:

Дагда — Руад Ро-фесса, «Владыка Великого Знания», знания единого и нерасчлененного; молодой Луг — Самилданах, знаток множества ремесел, мастер разнообразных специальностей, на которые распадается единство первобытной культуры по мере развития технологической мысли [7].

Итак, Дагда — персонаж, подобный Одину. Он — источник мудрости, наделяющий ею своих последователей — «эйс дана» (áes dana), то есть «людей искусства». С точки зрения ирландцев, в эту категорию входили и поэты, и друиды, и врачеватели, и судьи, и даже кузнецы. И это вполне согласуется с тем фактом, что одним из атрибутов Дагды была арфа [8]. В данном отношении он не уникален, но применительно к нему арфу можно рассматривать в первую очередь как символ знаний. Все ирландские поэты были арфистами. Напомним также, что Один приобрел свои знания, провисев девять дней над озером на дереве, к которому сам пригвоздил себя копьем. Он принес себя в жертву себе же. Таким образом, его мудрость — родом из призрачной страны между жизнью и смертью. Схожая двойственность присуща и одному из атрибутов Дагды — железной палице, одним концом которой он убивает девять человек за раз, а другим — воскрешает убитых [9].

Я предполагаю, что функции Дагды в ирландской мифологии подобны функциям Одина в скандинавской, хотя отождествлять друг с другом две эти фигуры не следует. У Одина нет атрибутов, непосредственно сопоставимых с арфой и палицей Дагды. Палица напоминает, скорее, молот Тора. Но есть еще один бог, больше похожий на Дагду и Тора, чем на Одина, — галльский Суцелл. Он вооружен молотом, а имя его переводят как «хорошо разящий». Подобно Дагде, он облачен в короткую рубаху — общепринятую в Галлии одежду, которую там носили не только простолюдины. Спутница Суцелла — богиня Нантосвельта. Значение этого имени, как указывает Сьёстедт, неясно, но в первой части распознается корень со значением «река» (галльск. nant — «поток»). Супруга Дагды, Бойн, — также персонификация одноименной реки. Но самой интересной параллелью между Суцеллом и Дагдой является еще один общий для них атрибут — неисчерпаемый котел или чаша. В связи с этим котлом можно предположить, что Дагда был также богом изобилия. Из всего вышесказанного, опять же, не следует, что Дагда тождествен Суцеллу, хотя два эти божества действительно во многом схожи. Сьёстедт предлагает классифицировать их обоих как «богов-отцов» . При таком подходе все разнообразные функции Дагды (и даже его связь с землей, если таковая действительно имелась) можно некоторым образом свести в единую картину. Правда, образ останется весьма расплывчатым, но, по крайней мере, можно будет утверждать, что Дагда определен несколько четче, чем Анье.

Примечания

[1]. Rees, Alwyn and Brinley. Celtic Heritage. London: Thames & Hudson, 1961, p. 30.
[2]. «Cóir Anmann» («Соответствие имен») — средневековый ирландский трактат по этимологии и значении личных имен. — Примеч. перев.
[3]. Stokes, Whitley, ed. & trans. Cóir Anmann. Vol. III, Part 2 of Irische Texte. Ed. Whitley Stokes and E. Windisch. Leipzig: S. Hirzel, 1891, p. 355.
[4]. Henri d’Arbois de Jubainville. Cours de Littérature Celtique, 1883; rpt. Osnabruck : Otto Zeller, 1969, vol. I, p. 282n.
[5].Trans. de Jubainville. // Cours de Littérature Celtique, vol. I, p. 283n.
[6]. Сьёстедт, Мария-Луиза (1900—1940) — французский лингвист и литературовед, кельтолог, специалист в области исследований ирландской мифологии. — Примеч. перев.
[7]. Marie-Louise Sjoestedt. Gods and Heroes of the Celts, trans. Myles Dillon. London: Methuen & Co., 1949, pp. 44—45.
[8]. “The Second Battle of Mag Tured” // Cross, Tom Peete, and Clark Harris Slover. Ancient Irish Tales, 1936; rpt. Dublin: Figgis, 1969, p. 47.
[9]. “The Intoxication of the Ulstermen” // Cross, Tom Peete, and Clark Harris Slover. Ancient Irish Tales, 1936; rpt. Dublin: Figgis, 1969, p. 229.
[10]. Sjoestedt, p. 19. Если имя «Дагда» означает «добрая рука», то оно также указывает на связь этого божества с изобилием и богатством.

Перевод (с) Анна Блейз, 2011.
Tags: П.О. Смит, фэйри
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment