annablaze (annablaze) wrote,
annablaze
annablaze

  • Mood:

Dei Terreni, 4

Из книги Питера Смита "У.Б. Йейтс и Племена Дану". По-моему, это специальный назидательный отрывок для любителей теорий о друидах, развлекавшихся на досуге кровавыми жертвами.

Культ эльфов

Но и этим проблема не исчерпывается: Сьестедт продолжает говорить о Туата Де как о «богах». С моей точки зрения, нет причин, по которым боги не могут обладать недифференцированными функциями. Остается только проверить, являются ли Туата Де Данаан богами такого рода. В пользу этого находится два, на первый взгляд, серьезных аргумента. В «Гимне Фиакка» есть строки: «В Ирландии тьма царила: племена поклонялись эльфам» (Fortáuith hErend bai temel, tuatha adortais síde), — а в «Книге из Армага» сиды именуются «dei terreni», то есть «земные боги» [1].

Прежде всего следует отметить, что в обеих источниках использовано слово «síde», а не «Tuatha Dé Danaan». Но что заставляет поставить эти свидетельства под сомнение, так это авторство упомянутых источников. Как «Гимн Фиакка», так и релевантный отрывок из «Книги из Армага» написаны ревностными христианами, явно ставившими перед собой миссионерские задачи. Можем ли мы доверять их свидетельствам о дохристианской религии Ирландии? Нора Чедвик предполагает, что христианские писцы стремились изъять из текстов все упоминания о культе Туата Де Данаан. Но, как мы видим, по крайней мере упоминания о культе сидов они сохранили. И с таким же успехом христианские писцы могли, наоборот, превратить Туата Де Данаан в богов, чтобы затем бороться с ними как с врагами. Тем не менее, ни в одном из древних ирландских текстов, как отмечает та же Чедвик, Туата Де Данаан «не фигурируют в качестве богов в обычном смысле этого слова. Им не поклоняются, им не приносят жертв. Они — просто сверхъестественные существа, наделенные магической силой» [2]. На мой взгляд, эта ситуация — не следствие христианской цензуры, а отражение истинного положения дел. И в наших силах доказать, что именно так обстояло дело не только с поклонением и жертвоприношениями, но и с молитвами и клятвами.



Где есть культ, там, по всей вероятности, должны быть и жрецы. Если кто-то в Древней Ирландии и выполнял функции жрецов (что само по себе не доказано), то это могли быть только друиды. Но друиды существовали не только среди сыновей Миля, но и среди самих Туата Де Данаан. Уже во «Второй битве при Маг Туред» упоминается друид Туата Де — Фигол, сын Мамоса [3]. Друиды-фэйри встречаются также в «Волне Клиодны», «Матери Ойсина» и других сюжетах [4]. Едва ли Туата Де Данаан могли быть богами и при этом располагать собственными жрецами. Трудно себе представить, чтобы они поклонялись сами себе.

Остается, конечно, возможность, что друиды жрецами не были и что древние ирландцы обходились без жрецов — но не без религии. Но приносили ли они жертвы Туата Де? Выше упоминалось предание о том, что на Кнок-Айне совершались жертвоприношения. Но это предание может быть неточным: известно, что некоторые холмы были местами казней, но не жертвоприношений. В окрестностях города Баллина в графстве Мейо есть холм Арднарее (Ardnaree), название которого так и переводится — «холм казней». Топоним «Кнокнарея» (Knocknarea, графство Слайго) может иметь то же значение или, как вариант, означать «холм королей». Каирн на его вершине, по преданию, отмечает место погребения королевы Мэв; там же был похоронен Эоган Бел, последний языческий король Коннахта, погибший в битве за Слайго. Некоторые авторы утверждают, что «Кнокнарея» переводится как «холм жертвоприношений», но свидетельств в поддержку этого варианта не находится ни в легендах, ни в исторических хрониках [5].

В двух древнеирландских сюжетах — «Опьянении уладов» и «Разрушении Динн Риг» — упоминается убийство путем сожжения людей в неких постройках под названием «bruidne». Уорд Резерфорд переводит «bruidne» попросту как «дома, в которых сжигали людей», подразумевая, что в этом и состояло единственное предназначение подобных построек, и делая из этого вывод, что данные сюжеты повествуют о жертвоприношениях. Но в действительно слово «bruiden» (мн. ч. bruidne) общеизвестно и означает попросту «постоялый двор». Поджог в запертом доме — довольно распространенный способ убийства, практиковавшийся отнюдь не только в Ирландии, а мотивов для обычного бытового убийства, не требующих гипотезы о жертвоприношении, в обеих упомянутых сагах можно найти предостаточно. Резерфорд упоминает также один коннахтский сюжет, «повествующий о некоей девице, у которой было много женихов, и о том, как из этих женихов выбирали одного за другим и тайно убивали на Самайн». Эта девица, заключает он, не кто иная как богиня, а женихи — жертвы, которые ей приносили. Названия этой повести Резерфорд не приводит, и опознать ее я не смог, но даже в его пересказе каких-либо оснований для подобной интерпретации как единственно возможной не находится [6].

Дж.Ф. Далтон придерживается во многом той же позиции, что и Резерфорд, за тем лишь исключением, что жертв он ищет среди королей Ирландии. Главное доказательство своей теории он находит в сюжете о смерти верховного короля Эохайда Айрема, которого, по различным версиям, убили на Самайн то ли люди из племени под названием Феара Кул, то ли Туата Де Данаан, то ли те же Феара Кул, переложившие вину на Туата де Данаан. Причина всей этой путаницы, по мнению Далтона, — в том, что убийцами Эохайда были Феара Кул, скрывавшиеся под масками Туата Де. Аналогичным образом объясняется гибель Муйрхертаха, сына Эрк от рук «безголовых людей», «синих людей» и «людей с козлиными головами». Это кажется довольно правдоподобным, но, дойдя до сюжета «Приключения Неры», Далтон сталкивается с проблемой. В этой повести Нера видит, как фэйри нападают на Круахан и разрушают его, но на поверку все это оказывается иллюзией. Далтон утверждает, что на самом деле это была игровая атака и что подобные представления разыгрывались на Самайн в качестве ритуалов, «но могли превращаться в настоящие и опасные стычки, если у крестьян возникали поводы для недовольства». Это тоже выглядит правдоподобно, но убийство из мести или по причине недовольства следует отличать от убийства жертвенного. Все, что Далтону в конечном счете удается доказать, — это то, что ирландских королей иногда убивали (что ни для кого не секрет), а вовсе не то, что их убивали в ритуальных целях [7]. Никакими убедительными свидетельствами того, что в Древней Ирландии совершались какие-либо жертвоприношения, мы не располагаем.

Далее можно попытаться выяснить, было ли принято возносить молитвы Туата Де Данаан и считалось ли, что на эти молитвы они отвечают. Один из эпизодов в «Разговоре стариков», на первый взгляд, дает утвердительный ответ на эти вопросы. Руйхе (Ruidhe), Фиаха и Эохайд, сыновья верховного короля Лугайда Менна, просят землю в дар у своего отца, но получают отказ. Тогда они отправляются на Бруг-на-Бойн и постятся там, чтобы привлечь внимание Туата Де. Бодб Дерг приглашает братьев войти в сид, и многие знаменитые фэйри наделяют их чудесными дарами. Эти трое братьев прожили 150 лет, после чего вернулись в сид навсегда [8].

Действительно, в этой истории Туата Де отвечают на молитвы трех смертных; но в том же «Разговоре стариков» обнаруживается сюжет, практически противоположный по смыслу. Артрах, Эйх и Энгус, сыновья Бодба Дерга, просят и получают в дар земельный надел от верховного короля Кормака мак Арта. Прожив на этой земле тридцать лет — до смерти Кормака, — они возвращаются к Туата Де. Таким образом, смертные могут отвечать на просьбы Туата Де точно с таким же успехом, как и Туата Де — на просьбы смертных. Более того, третий сюжет из «Разговора стариков» заставляет предположить, что смертные на самом деле превосходят Туата Де в этом отношении: один из фэйри убивает из зависти некоего Дуфа, сына Треона, потому что среди Туата Де не нашлось никого, кто сравнился бы в щедрости с этим Дуфом [9]. В щедрости как таковой нет ничего специфически божественного, и описывать Туата Де как высших существ, отвечающих на молитвы, нет оснований. Они просто могут оказывать милости — точно так же, как и смертные люди.

Что касается клятв, то выше уже упоминалось, что в уладском цикле чаще всего используется безличная формула «Клянусь богом, которым клянется мое племя». В остальных случаях гарантами клятвы выступают, опять же, не Туата Де Данаан, а солнце, луна или стихии. Единственное известное мне исключение — строка из стихотворения, в которой Финн клянется неким «богом величавой красоты» [10]. Но и этот бог остается если и не совершенно безличным, то, по крайней мере, безымянным. Можно предположить, что здесь подразумевается Энгус Ок, но с таким же успехом может иметься в виду Христос. Финна нередко изображают своего рода языческим пророком, прозревавшим христианскую веру еще до прихода Патрика.

Итак, если Туата Де Данаан не служат гарантами клятв, не отвечают на молитвы иначе, как мог бы ответить и всякий смертный, и не требуют и не получают жертв, то считать их богами невозможно. Более того, они практически сами это подтверждают. Во-первых, многие из них вполне дружелюбно относятся к ирландским святым-миссионерам, а нечасто случается так, чтобы между соперничающими богами завязывалась дружба. Когда Патрик постился на горе Круахан Айгли (ныне Кро Патрик), к нему слетелась огромная стая могучих белых птиц. Согласно «Бревиарию Тирехана» (VII век), это были души всех святых Ирландии, прошлых, ныне живущих и будущих; согласно источнику IX века, «Vita Tripartita» («Трехчастное житие [святого Патрика]»), — «души, которым предстояло спастись»; но в эдинбургской редакции «Старины мест» утверждается, что эти птицы прилетели из Земли Обетованной [11]. В «Разговоре стариков» Донн, сын Мидира (по-видимому, персонаж, объединивший в себе черты Эбера Донна и Мидира из Бри Лейт) вручает Патрику власть над всеми Туата Де Данаан [12]. Вспомним также женщину из фэйри, действующую в «Приключения Конлы Красного»: она предсказывает пришествие Патрика, который «истребит ложный закон друидов» [13].

Может показаться, что святой Патрик принимал эту дружбу весьма неохотно; так, он сам признает, что намерен изгнать Туата Де Данаан на необжитые равнины. Однако своего друга Каскораха, музыканта из фэйри, он освобождает от этого наказания и даже обещает, что тот будет допущен в рай. Но самый яркий пример приятельства между святыми и фэйри обнаруживается в житийной повести «Исчезновение Кенхомрака», в которой святой Кенхомрак часто навещает некий монастырь фэйри [14].

Другого рода свидетельство того, что Туата Де не были богами, мы находим в упоминавшей выше «Vita Tripartita». Этне Прекрасная и Федельм Румяная (дочери верховного короля Лоэгайре, сына Нейла), пришедшие омыть руки в источнике Клиабаха, что в Круахане, застают там христианских «священников в белых одеждах» и принимают их за «эльфов» (fir síthe), «призраков» (fantaitsi) или богов (дат.: deib). Из этого очевидным образом следует, что эльфы — не то же самое, что боги [15] Особенно интересно прямое заявление, звучащее из уст Айленн, дочери Бодба Дерга, в другой истории о святом Патрике: «Я не бессмертная женщина из сидов, — говорит она. — Я из Туата де Данаан и облечена своим собственным телом». Таким образом, Туата Де Данаан не следует путать с сидами и, по всей очевидности, не следует считать божествами. Впрочем, они превосходят смертных: «Всякого, кто пил на пиру Гоибниу <…> не одолеет ни болезнь, ни старость». Святой Патрик, по-видимому, не верит Айленн, поскольку велит ей вернуться «обратно в твой дом среди сидов» [16]. И, тем не менее, отрицание божественности Туата Де, высказанное Айленн, с еще большей определенностью повторяет сам Луг в сюжете «Неистовство призрака» («Baile in Scáil»): «Я не призрак, я не привидение, — говорит он, — я пришел после смерти, чтобы принять от вас почести, и я — из рода Адама», потомок Эримона, сына Миля [17]. Словам Луга вторит Син, женщина из фэйри, жена Муйрхертаха, сына Эрк, погубившая своего мужа. Он утверждает, что верит в Бога и принадлежит к «роду Адама и Евы», хотя и может творить чудеса [18]. С другой стороны, в песне из саги «Болезнь Кухулина», по-видимому, подразумевается, что Туата Де — это племя людей, избежавших грехопадения. Лоэг, возница Кухулина, описывает женщину-фэйри Фанд как «безгрешную дочь Адама» [19]. Можно, конечно, возразить, что все вышеприведенные фрагменты несут в себе очевидные признаки христианского влияния. Однако этого нельзя сказать о «Битве на Белом берегу» — саге из цикла Финна, где Туата Де Данаан описываются как «другая часть народа Ирландии — те, что не смеют жить на поверхности земли, но обитают в тайных жилищах под землей» [20].

Примечания

[1]. Stokes, Whitley, ed. and trans. The Tripartite Life of Patrick with Other Documents Relating to That Saint. 2 vols. London: Eyre & Spottiswoode for H.M. Stationery Office, 1998, vol. II, pp. 408—409.
[2]. Chadwick, Nora. The Celts. Harmondsworth, Middlesex: Penguin, 1970, p. 170.
[3]. Cross, Tom Peete, and Clark Harris Slover. Ancient Irish Tales, 1936; rpt. Dublin: Figgis, 1969, p. 38.
[4]. Gregory, Lady Augusta. Gods and Fighting Men: The Story of the Tuatha De Danaan and of the Fianna of Ireland. 1904; rpt. Gerrards Cross, Buckinghamshire: Collin Smythe, 1970, pp. 112, 150.
[5]. McGarry, James P. Place Names in the Writings of William Butler Yeats. Gerrards Cross, Buckinghamshire: Colin Smythe, 1976, pp. 18, 62.
[6]. Rutherford, Ward. The Druids and Their Heritage. London: Gordon & Cremonesi, 1978, p. 11.
[7]. Dalton, G.F. “The Ritual Killing of the Irish Kings”. // Folklore, 81 (1970), pp. 5, 17—18.
[8]. O’Grady, Standish Hayes, ed. & trans. Silva Gaedelicai, 2 vols., 1892; rpt. New York: Lemma, 1970, vol. II, pp. 109—111.
[9]. O’Grady, vol. II, pp. 171, 186—187.
[10]. “Scéla Mosauluim” // O Daly, Máirín, ed. and trans. Cath Maige Mucrama: The Battle of Mucrama. Irish Texts Society Vol. L. Dublin: Dublin University Press for the Irish Texts Society, 1975, pp. 84—85.
[11]. Mac Neill, Máire. The Festival of Lughnasa: A Study of the Survival of the Celtic Festival of the Beginning of Harvest. London: Oxford University Press, 1962, pp. 71—73.
[12]. O’Grady, vol. II, p. 232.
[13]. Cross and Slover, p. 490.
[14]. O’Grady, vol. II, pp. 95, 190—191, 260.
[15]. Stokes, Tripartite Life, vol. I, p. 101.
[16]. “Blesse Patrick of the Bells” // Gregory, Lady Augusta. The Voyages of St. Brendan the Navigator and Stories of the Saints of Ireland Forming a Book of Saints & Wonders. 1906; rpt. Gerrards Cross, Buckinghamshire: Colin Smythe, 1970, pp. 50—51.
[17]. Dillon, Myles, ed. and trans. The Cycles of the Kings. London: Oxford University Press, 1946, p. 13.
[18]. “The Death of Muircertach mac Erca”. // Cross and Slover, p. 522.
[19]. Cross and Slover, p. 190.
[20]. Gregory, Gods and Fighting Men, p. 178.

Перевод (с) Анна Блейз, 2011
Tags: П.О. Смит, фэйри
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments